У нас есть много софистических кретенок и кланфаевые умности,
и у нас есть люди, которые хотят разуметься с нитом.
Такое было в 2015-х годах, и так далее, и так далее, и так далее.
Но те, которые ключи есть, я думаю, что может быть реалитивизировано.
У меня все-таки кто изразит это дело, важно, чтобы он изразил.
Все тут в зоне, в зоне, в зоне, в зоне.
Но если ты хочешь в хуманистике, все-вечество важных хуманистов,
потому что дружбословцы делали зоны, универсия, зоны и хищ,
которые по дефинитии производили знание.
Маркс, лакан, не знаю, кувер-коли.
Не знаю, что было креативно в зоне и уметническом и культурном поле,
как сегодня. Зачем же с креативными директорами в маркетинге,
с креативными индустриями, которые развиваются культурно-политичной
сферой ингрея в чисто экономской, злопа припорочам,
огляд сплетной стороны Института за политики простора,
где зарисует равно наша приходность,
потому что креативные места, креативные индустрии,
крои, просторские учинки, институты в себе,
на чинке по-полному утерган целоудурадной культурной политики
министрства за культуру. Там, легко видите, нам речь
великого покраденного, так как играет человеку на мису,
чтобы убийство, может, в ствере защитить,
и все, что сегодня модерно украдет судище,
нам речь обстает неком режа за простор,
обстает креативное место, это, evidentно, покраденные речи,
это мы и смыслили, мы этого не смыслили те,
которые здесь искушают, потому что тут микролокален
повезает ареал от сломшков, он делает бункер,
а старая электрорная прегмузейская бицерка
до северного дела метельков в неком урейном целоте.
Это, вероятно, погляд, который нивелизировал все
от книжницы под крошнями в парк,
который музеям поделил имя метелькова,
и который это задевал иначе,
это все-таки изразится контрпродуктивно.
Наверное, эти различия с пометной,
нам дает все-таки мощь,
дыхаем все по-своему вперед, и все-таки не совраживаем.
Тистое, которое все меня присенило
при пононном сречавании с тем,
как мы именовали самоникле, призорище было то,
что в нашем околе, в бисту сфера,
в рециму, держанной подпора,
подпора локальной искупности и культуре,
в створиальности, по-младим, чем околи другому,
в бисту зеленые феркеры,
в истах респисах, в истах проектиках,
легко приявляли, что явные заводы
и невладный сектор.
Тут двое б иморали державажа, приори,
в начатку лочить.
Один и невладный сектор, другая,
ввладный взором, от влады,
от висных сектор.
А с этими теориями,
в начатке 90-х,
в бисту в начатке
неолиберализации в Словении,
в начатке от жирания явного.
А с этими теориями,
и этими акциями, и этими концептами,
например, в Куда,
и, например, в заводе Каше-Штири,
или в конкретном клубе Каше-Штири,
показали за ресничные,
а с самым отозелом
автономном средства
прикинили некого производства,
и в бисту устроили то,
что мы здесь даем право разуммем
1 евро за
какой-то экипой,
который ласник
какого-то приватного сообщества,
не чтобы мы спрашивали,
а там как эта экипа делала,
кому мы даем то денарь.
Которые ввести,
чтобы приобретать эти дни,
тут стратегия
развития Словения,
часть этой стратегии
развития существенной документы,
которая тут есть оперативный программ
за чёрпание средств,
и другие вещи,
и эти дни пришёл вон,
он справится утром,
он справится в работе со стороны представителей
этих,
которые, по-моему,
комментируют эту часть,
эту стратегию.
Изнутри этой стратегии
я здесь представленный за то сгодство,
от этого и от висно-финансирования
несамневладной культуры,
а также целой культурной секторе,
я у них заводовался,
как и на следующих 7 лет,
что здесь,
по-моему,
как риата по 100 пактеку,
была культура
минимализирована на синтагме,
как культурная индустрия,
реалитализация культурной дедище,
культурный туризм,
маленькостно соблюдение
не само запасление,
и так далее,
но здесь,
та точка российского сегла
так скраяно,
мое справится
и то сгодство,
чёрпание европских средств,
который был бы
усклеен медминистерством,
и сколько разуммем,
тут национальный программ
за культурой темили
на европских средствах,
то сгодство,
культурная,
которая, кучнувся,
будет.
Изнутри коллеги за социацией,
как с этого предназначение,
они хорошо поведают,
чтобы по поведению культуры
само в оклепаях.
Соправезбий,
здесь морда,
есть какая-то разлага,
которую я не знаю,
а если бы я лишал прошел,
на как же начинь
намеряется над пакой
финансировать,
что патега не успеет исправить
в программе за чёрпание
европских средствах.
Че, как раз на колли,
можно с коллегей за социацией
в зерома,
че, с собой,
если что показали,
то такое вероятно,
библосмиссанно спрожить,
некое шире,
что побудо.
Когда-то,
когда мы поговорим
о важных,
на уровне влады,
причем на уровне влады,
то тут и в Державном сбору,
то, которое сидит,
представленный к министерству
за культуру,
то, как и нам
отзывают чей,
как и критичные
до какшних створей,
что иногда рез помемные.
Как из министерства за культуру,
где и двигаем голос,
и распространяем
какшние задевы,
и когда мы поговорим
о финансах,
на зело-де-бело,
и на зело-гордо глядаем,
и на свячках попрашиваем,
эй,
если мы поговорим
о резных задевах,
то, как и к министерству за культуру,
блокирует некому задеву,
который должен быть
с пределами
за финансовыми разговорами?
То, как, в принципе,
я виден, что это не проблема
славянского министра
за культуру,
а сплошный глобальный проблем,
капитала и так далее,
в принципе,
проблема в том,
что культура,
которая производит
профит,
производит патрошника,
культура, которая не производит патрошника,
то есть,
нет р affairs.
Я не делаю,
чтобы это проблема,
я не думаю, что мы
обстанавливаемся,
не выясняем,
и есть какие-то
правила,
держава и так далее.
Это проблема
фокуэльского,
крадет,
нужно отсекать голову.
Чистота критика,
что культурная политика
finanцует нам,
перед самым,
на торгу успешно держи саму в некем зело зало маякном деле у себя.
Я думаю, что это не главный проблем. Легко себе мотим,
легко себе не стринете с мамой. Мама в велико глобких и,
более чьих проблемах, другие.
Какой я в службе для лекарства.
Я, по-моему, сочувствую, что это реально проученство,
поставка, которую я на концу имею.
И не, по-моему, это мизерно и по-разному.
Пропросту, в этот момент, к другим средствам у нас,
и зато я очень-очень отвисно так, как об этом успешно.
И отговор, да, отговор на то, что не будем успешными,
я тверданно бы предлазил,
зело велико альтернативу не имею.
А нас их не знали, я не знал.
Человек допомнит, что у нас зело добро дошло
с предлогими идеями, кем мы слепим,
что мы не видим.
Наша коммуникация за социацией
она интенсивна тут и с другим,
и мы ищем решения,
как бы нам помогали при этой тяжелой налоге.
Но тут мы умеем.
За то, что мы имеем,
делано право законодая.
Мы знаем, чтобы велиало
большинство этих людей отпустить,
их дать на погод без долочий час,
чтобы все как правило кандидировали за это.
Но это просто негде.
Заради законодая.
И если мы попробуем законодая,
то мы имеем на первый вопрос
с Министерством за финанс,
что эти данки и эти погаи
не são катастрофы.
Как мы не умеем?
За то, что мы здесь, это наша налога.
И я не имею в виду, что мы здесь говорим.
Но если вы понимаете,
за что я делаю вашу помощь.
И в следующем кураку,
когда нам так же не успеет,
в том числе, в том числе,
в том числе, в том числе,
в том числе, в том числе, в том числе,
в том числе, в том числе, в том числе,
в том числе, в том числе, в том числе,
в том числе, в том числе, в том числе, в том числе,
в том числе, в том числе, в том числе, в том числе,
в том числе, в том числе, в том числе, в том числе, в том числе, в новом числе.
