У Павлика был друг, о котором он меня всегда рассказывал,
Юра Зе.
Мы с Юрой, когда я прочел это Юрий, Юра меня все
спрашивает.
Вчера мы с Юрой нарочно громко целовались, что подумали,
что Юра наконец любит себя, и подумали, что дети
выскакивали на место барышня, я спят, не разнимая руки,
братом, брат другом друг, вместе на одной и по спине,
вместе пили, вместе ели, я укутывал их в свет, любил
их на листья, я в пустохнутые листья странные читаю листья.
Радука, двойная слава, зарева, двойная смерть, этих
рук не разведу, лучше буду, лучше буду полную
была с водой.
Стали говорить, Юрий и я, говорили Юрий и я, Павлик
молчал и молчал в лондаунах, вместе и на спорах с твоими
огромными тяжелыми важными глазами, еще проще, чтоб
не любить одного Юрия и этим не обессорить Павлика,
с которым я могла посовмечно править миром, они нужны
бы любить Юрия, плюс еще что-то, но это что-то мне
могло быть Павлик, потому что Юрий при Павлике были
уже так.
Было молчо установлено, не словлено, что они всегда
будут приходить вместе, вместе уходить, но так как
мне одно отношение сразу стать не может, в одно-три
раз на утро телефон, вы, я, а не зря мне нужна
небольшая цикла обеспавления, когда, сегодня, Юра на
единине было просто скучно, ибо, а главное, то есть
мне, мне, мне очень, мне, нас, мы говорили, не лишались,
мы еще лучше велики, то есть, мы на единине с чем-то
обеспавались, все же остальное не удавалось, так и сидели,
неизвестно, что высиживая, высиживая единственное,
ну, попрощай, когда я проводить его в черного хода, то
он этого видит.
И на последней степени я остановился, и чем у нас
тут осталось выше меня, на столом головы, да и чего,
только грязь, да, нет, может быть, да, пока еще нет,
и двойная улыбка, и вот тоже, наизвумленно, моя нерегкого
торжества, еще одна такая победа, и мы разбиты, так
длилось год.
Вчера у нас Юр и нам, что громко целовались, что мы подумали,
что Юр, наконец, влюбился, спят, не разнявая рукой,
спят, не разнявая рукой, спят, не разнявая рукой,
Вау!
Да?
Нет.
Вау!
Пока еще нет.
И двойная улыбка.
Его по собственному цеплению.
Боят.
Могил.
Хвост.
Хвост.
Хвост.
Еще одна такая хобба.
И мы разбитые.
Мы разбитые.
Хвост.
Хвост.
Хвост.
Хвост.
Хвост.
