55-летний мужчина с историей гипертонии был госпитализирован в нейрохирургическое отделение из-за головокружения, повторявшегося на протяжении года, и внезапного появления синкопе за месяц до этого. Кроме того, он однажды принимал медицинскую терапию в неврологическом отделении без облегчения. Неврологическое обследование не выявило никаких патологических признаков. Диффузно-взвешенная визуализация (DWI) не показала явных инфарктов в двустороннем мозговом кортексе. Ультразвуковое обследование сонных артерий подтвердило хронический двусторонний стеноз бифуркации сонных артерий, вызванный стабильными фиброзно-кальцифицированными бляшками. В отличие от нормальной стороны, левая стенотическая передняя мозговая артерия (ACA), средняя мозговая артерия (MCA) и ICA почти не обнаружены на предварительной DSA (рис. а). Левая лобная и теменная доли в основном снабжались левой задней мозговой артерией без явных мойомойских сосудов в основании черепа (рис. b). Предварительная DSA подтвердила наличие лобных и теменных ветвей поверхностной временной артерии (STA), которая берет начало от наружной сонной артерии до ее глубокого полюса и поднимается к слуховому проходу (рис. с). 3D-артериальная спиновая метка (MRI 3D-ASL) показала снижение мозгового кровотока (CBF) в левой мозговой коре (рис. а). Была выполнена двойная анastomоза между поверхностной временной артерией (STA) и средней мозговой артерией (MCA) в сочетании с EDMS на левой стороне. Проходимость анastomозного стома была немедленно подтверждена видеоангиографией с использованием индоцианинового зеленого. В сопровождении никардипинового гидрохлорида систолическое артериальное давление было строго контролировано на уровне 120–140 мм рт. ст. сразу после операции. В первые несколько дней у пациента не было никакого дополнительного неврологического ухудшения. Ангиография после операции подтвердила отсутствие стеноза в сосудах реципиентов. Кроме того, Т2-взвешенная МРТ и 3D-ASL на 3-й день после операции показали более значительно уменьшенный CBF в местах анастомоза, чем на предварительной стадии (рис. b и c), что указывает на эффективность реваскуляризации. Тем не менее, у этого пациента развилась афазия и правосторонняя гемиплегия на 6-й день после операции с непрерывным выполнением строгой программы контроля артериального давления. Ангиография на том же дне показала, что средняя линия сместилась в правую сторону и локальное низкоплотное поражение в левой лобной доле вблизи операционного поля. После применения манитола и фуросемида симптомы начали улучшаться на 16-й день после операции. Тем не менее, Т2-взвешенная МРТ на 21-й день после операции показала больше уменьшенный CBF, чем на месте анастомоза на 3-й день после операции (рис. d). Т2-взвешенная МРТ показала массивную гиперинтенсивную лезию вокруг операционного поля, в то время как DWI не выявил инфаркта мозга, что указывает на массивный мозговой отек в операционном поле (рис. a и b). В конечном итоге, этот пациент выздоравливал после 40 дней операции без каких-либо неврологических дефицитов. Т2-взвешенная МРТ на 166-й день показала двустороннее хорошо развитое CBF (рис. e) и DSA на 180-й день показала хорошо развитую реваскуляризацию (рис. d).