44-летняя женщина была госпитализирована в отделение неотложной хирургии с левосторонней абдоминальной болью, иррадиирующей в спину. Она работала стоматологической гигиенистом и жила с мужем и двумя детьми. Она курила 15 сигарет в день, и в ее истории не было случаев венозной тромбоэмболии. У нее была история пограничного тиреотоксикоза в начале 1990-х годов, и в сентябре 2003 года ей была проведена операция по установке свободно-расширяющейся вагинальной ленты для лечения стрессовой инконтиненции. Она была на имплантах, высвобождающих этонгестрел, для контрацепции. Она была очень чувствительной, локально, в левой части живота, но отсутствие реакции на чувствительность отсутствовало. Ректальное обследование было без замечаний. Исследования показали гемоглобин 13,2 г/дл, лейкоциты 19,9 10*9/л и тромбоциты 214 10*9/л с нейтрофилией. Амилаза и функции почек были в норме. Функции печени были нарушены с гамма-ГТ 244 мк/л (в два раза больше нормы). Ультразвуковое сканирование брюшной полости предполагало возможный инфаркт селезенки, который был подтвержден КТ-сканированием ее живота. Были проведены исследования для изучения возможности пост-тромботического состояния. Риски коагуляции для тромбоза были в пределах нормы; белок S 67% (60-140), белок C 103% (72-146), антитромбин 3 110% (80-120) и сопротивление P C 1,9 (2,0-4,3). Тест на анти-кардиолипиновые антитела был отрицательным, но тест на анти-кардиолипиновые антитела был положительным. Уровень IgM был 52 (норма до 10), а IgG был 18,8 (норма до 10). У нее также была пограничная чувствительность APC 1,9 (2-4,3). Время калинирования 49 сек (70-120) Ktmix 64 сек (70-120), функция щитовидной железы показала TSH 0,32 мк/л, fT4 20,2 мкмоль/л (10-25). Последующее определение анти-кардиолипиновых антител было отрицательным. Ее симптомы были урегулированы с помощью простой анальгезии, и она была выписана домой с долгосрочным антикоагуляционным лечением. Целевой показатель INR для долгосрочного антикоагуляционного лечения был направлен на >3.