33-летний мужчина обратился в больницу с жалобой на внезапную массивную гематурию. Он не жаловался на боль или другие симптомы. Его лабораторные данные показали нормальный уровень гемоглобина и опухолевых маркеров (СЕА, СА19-9, NSE, ССС, sIL-2R и IgG4). В цитологическом исследовании мочи не было обнаружено атипичных уротелиальных клеток. При цистоскопическом исследовании была обнаружена массивная гематурия из левого уретерного отверстия, хотя в слизистой оболочке мочевого пузыря не было обнаружено явных патологических изменений. Напротив, усиленная компьютерная томография выявила 35-мм массу с небольшим усилением, которая значительно сдавливала левую почечную вену (рис. а, б). Не было обнаружено сопутствующих сосудов между почечным паренхимой и нижней полой веной. В результате магнитно-резонансной томографии с высоким разрешением был выявлен низкий уровень сигнала опухоли на изображениях с T1- и T2-взвешиванием с небольшим усилением и почти нормальным уровнем сигнала на изображениях с диффузным взвешиванием, что позволяет предположить доброкачественную опухоль. Биопсия иглой под контролем КТ не была выполнена, поскольку опухоль затронула почечную вену, что создавало возможный риск кровоизлияния. После получения информированного согласия относительно операции и последующей публикации, пациенту была проведена открытая резекция опухоли через заднепроточный доступ для легкого расширения области резекции в случае, если замораживание выявило злокачественную опухоль. Во время операции был обнаружен желтоватый, не некротический опухоль, сдавливающий почечную вену, что соответствует данным КТ. Результат внутриоперационного быстрого патологического анализа предположил доброкачественную опухоль. Поэтому левая почка была сохранена, и операция была завершена. Патологическое обследование показало, что масса была непосредственно окружена жировой тканью, не имела чёткой капсулы и состояла из клеток, похожих на клетки надпочечников. Медуллярные клетки не наблюдались. Окончательный патологический диагноз был адренокортикальная аденома (рисунок). Согласно критериям Вайса, оценочный злокачественный потенциал опухоли был низким, и был выполнен только один из девяти критериев, который состоял из ясных клеток, составляющих ≤25% опухоли. Соответственно, опухоль была диагностирована как доброкачественная. Гематурия улучшилась сразу после операции, и никаких доказательств рецидива опухоли не было обнаружено в течение 2-летнего наблюдения, что подтверждает доброкачественную природу опухоли. Чтобы дополнительно исследовать этиологию и гормональную функцию массы, мы провели иммуногистохимический анализ ключевых стероидогенных ферментов, как сообщалось ранее: 3бHSD, CYP11B2, CYP17 и CYP11B1 (рисунок). Соотношение PCA/TA для каждого окрашенного участка было измерено с помощью программного обеспечения Color Deconvolution и ImageJ. Соотношение PCA/TA для 3бHSD и CYP11B1 составило 39,4% и 93,4% соответственно. Последнее указывает на то, что ткань была адренокортикального происхождения. Соотношение PCA/TA для CYP17 составило 10,0%, что указывает на то, что некоторые клетки могли вырабатывать кортизол. Результат окрашивания CYP11B2 был положительным только в нескольких клетках (0,3%), что указывает на то, что масса вряд ли вырабатывала альдостерон. После удаления опухоли сужение левой почечной вены исчезло на снимке КТ (рисунок с). В настоящее время, спустя более 2 лет после операции, нет ни рецидива, ни даже микроскопической гематурии.