68-летний диабетический пациент был срочно госпитализирован в нашу больницу из-за прогрессирующих изменений сознания, через десять лет после операции OPCAB (LIMA-LAD Bypass) через полную стернотомию. Кранио-КТ выявил геморрагическую метастазную подозрительную массу (8 × 15 × 12 мм) в правом верхнем височном гyrus на задней стенке Сильвианской щели (рис. а). Нейрохирургия была выполнена микрохирургической техникой. На 10-й день после операции у пациента развился сепсис с кардиопульмональной декомпенсацией и трикуспидальным синдромом, требующим диализа. Трансезофагеальная эхокардиография выявила регургитацию митрального клапана высокой степени с эксцентричным потоком (рис. а), вегетацию 10 × 12 × 12 мм, прикрепленную к задним сегментам левого и правого предсердий (рис. b), и регургитацию трикуспидального клапана II степени с систолическим рефлюксом в легочные вены (рис. с). Коронарная ангиография выявила открытый LIMA-LAD Bypass (рис. а), нормальный RCX (рис. ) и соответствующий вновь развившийся 70% стеноз RCA в сегменте 2 (рис. с). После получения подписанного согласия пациент был переведен в отделение кардиоторакальной хирургии и 14-й день после операции после нейрохирургии ему была проведена сложная минимально инвазивная кардиохирургия. Была применена стандартная общая анестезия. Эндоскопически был собран сегмент подкожной вены с левого бедра. КПБ была начата после канюляции правой бедренной артерии и вены. К сердцу подошли через 6-сантиметровый разрез кожи над пятым правым межреберным пространством от передней до средней подмышечной линии. Перикард был проколот продольным разрезом на 3 см выше диафрагмы. В восходящую аорту был помещен вентиляционный катетер. Камеры для видеохирургии и зажим Читудда были подготовлены через отдельные продольные разрезы. Были установлены перекрестные сцепления аорты и кардиоплегический арест. Перекрестное сцепление ЛИАМ-ЛАД не было визуализировано и оставалось открытым в течение всей процедуры. Гиперкалиемическая остановка сердца была индуцирована холодным кристаллоидным кардиоплегическим раствором и была поддержана без затруднений в течение процедуры, проведенной при умеренной гипотермии (32 °С). Митральный клапан был открыт и осмотрен через левый предсердный разрез. Растительность была удалена. Расширение кольца, эндокардическое разрушение и флаттер сегмента P3 были оценены и обработаны посредством четырехсторонней резекции P2-P3, скользящей пластики и кольцевой аннулопластики (Carpentier Edwards Physio Ring 30 мм, рис. а). Левое предсердие было закрыто после успешного испытания на воду функции клапана. RCA была открыта и разрезана на кресте (рисунок b). Аорто-коронарный шунт (рисунок c) был имплантирован во время остановки сердца. Затем была проведена аортальная деклимпровка и после 185 минут остановки сердца была начата реперфузия. Была применена эпикардиальная временная стимуляция кардиостимулятором. Нижняя и верхняя вены впадины были зажаты, и был проведен полный шунт. Правая атриотомия была сделана на бьющемся сердце на CPB во время повторного нагрева в средней правой части предсердия. Была имплантирована 30 мм группа Cosgrove-Edwards (рисунок d) после точного измерения. Атриотомия была закрыта в два слоя, и полный шунт был возобновлен через 32 минуты. Переход от механической циркуляции с помощью насоса к спонтанной сердечной деятельности был легко достигнут при достаточном кровообращении для поддержания системного кровообращения при минимальной катехоламиновой поддержке. Измерение времени прохождения потока в венозном шунте RCA показало 37 мл/мин (рис. а). Трансезофагеальная эхокардиография показала нормальную систолическую функцию сердца и атриовентрикулярную функцию без нарушений движения стенки (рис. b, c). Гепарин был антагонизирован. Центральные аортальные вентили и катетеры для искусственного кровообращения были удалены из паха. Перикард был закрыт, а два дренажных катетера для грудной клетки были размещены в правой плевре. Торакотомия и разрезы паха были закрыты послойно. Общее время операции составило 331 мин. Был введен отъем от груди, и в раннем послеоперационном периоде можно было начать спонтанное дыхание (вентиляция CPAP). После операции пациентка вступила в контакт с медсестрой отделения интенсивной терапии, которая позже была проверена на наличие COVID-19, и рутинное рентгенографическое обследование грудной клетки (рисунок а) на 2-й послеоперационный день (POD) вызвало подозрение на инфекцию Covid-19. Был проведен томографический сканирование грудной клетки (рисунок b), и пациентка была изолирована. В течение следующих 7 дней было проведено рутинное тестирование. Был диагностирован грибковый пневмонит, и на 9-й POD была проведена трахеотомия, мобилизация и кормление были начаты на 16-й POD после кардиохирургии. Пациентка была переведена в реабилитационный центр на 27-й POD, дыша спонтанно без поддержки вентилятора. Полное неврологическое восстановление было достигнуто на 29-й POD.