81-летняя японка с историей диабета II типа и атеросклероза без расширения внутрипеченочных желчных протоков, которые были обнаружены ее семейным врачом во время ультразвукового исследования брюшной полости. Пациентка не жаловалась на боли в животе или снижение аппетита. Лабораторные исследования выявили незначительное повышение уровня желчных ферментов, включая 413 IU/L алкальфосфатазы (норма 104-338 IU/L) и 184 IU/L глутамилтрансферази (норма 9-28 IU/L); однако другие данные химического анализа сыворотки находились в пределах нормы. Уровни опухолевых маркеров в сыворотке крови – карциноэмбрионального антигена и углеводного антигена 19-9 – также находились в пределах нормы. Контрастная компьютерная томография брюшной полости и магнитно-резонансная холангиопанкреатография показали расширение внутри- и внепеченочных желчных протоков и главного панкреатического протока без каких-либо стриктур (рисунок), что позволяет предположить наличие опухоли в ампуле Ваттера. Не наблюдалось увеличения лимфатических узлов или метастаз. Эндоскопическая ультрасонография показала гипоэхогенную массу размером 9 × 9 мм в ампуле Ваттера (рисунок). Опухоль была расположена внутри дуоденальной стенки и не проникала в дуоденальную мускулатуру, общий желчный проток, главный панкреатический проток или в основной панкреатический проток. Дуоденоскопия показала выпуклый эхогенный участок размером 9 × 9 мм в ампуле Ваттера (рисунок). Опухоль была расположена внутри дуоденальной стенки и не проникала в дуоденальную мускулатуру, общий желчный проток, главный панкреатический проток или в основной панкреатический проток (рисунок). Однако не наблюдалось расширения внутридуоденальной части панкреатического протока или внедуоденальной части панкреатического протока. Поскольку у пациентки наблюдалось начало острого холеангита, обусловленного ЭРХПГ, после ЭРХПГ был проведен эндоскопический ретроградный билиарный дренаж. На следующий день после ЭРХПГ был выполнен эндобронхиальный ультразвуковой дренаж. На основании этих результатов, опухоль была диагностирована как ранний стадий рака ампулы Ваттера с компонентом SCC без расширения за пределы сфинктера Одди или в дуоденальную подслизистую. Впоследствии была проведена панкреатодуоденоэктомия с региональной лимфаденопексией. Макроскопические исследования выявили беловатый и твердый вид опухоли размером 11 × 8 мм в ампуле Ваттера (рисунок). Патологические исследования показали наличие двух злокачественных компонентов, включая плохо дифференцированную трубчато-аденокарциному и SCC без инвазии за пределы сфинктера Одди или в дуоденальную подслизистую (рисунок). SCC и аденокарцинома составляли примерно 30 и 70 % опухолевой массы, соответственно. Не наблюдалось региональных лимфаденопатий или лимфавососудистых или периневральных инфильтраций. Иммуногистохимические (IHC) анализы плоскоклеточного маркера цитокератина (CK)-5/6 показали сильную положительную экспрессию в SCC компоненте и слабую экспрессию в аденокарциномном компоненте (рисунок). В отличие от этого, аденокарциномный маркер CK-7 был сильно обнаружен в аденокарциномном компоненте и слабо обнаружен в SCC компоненте (рисунок). Послеоперационный курс был бесперебойным, и пациентка не испытывала рецидива опухоли или метастаз до 20 месяцев после операции.