43-летняя женщина, Gravida 3, Para 3, жаловалась на сильную боль в нижней части живота, в основном в левом подреберье, в течение шести месяцев. Медицинская и гинекологическая история пациентки была без примечательных событий, за исключением миоэктомии для доброкачественной лейомиомы, выполненной 12 лет назад. Физическое обследование выявило вздутый живот, пальпируемую левую массу в подреберье и увеличенную матку. Эти результаты указывали на лейомиому или аденомиоз. Ультразвуковое исследование брюшной полости выявило множество крупных и неоднородных утренних узлов, самый большой из которых имел размер 7 см. Размер и внешний вид яичников были нормальными. В левом подреберье была обнаружена масса размером 10 см неопределенного происхождения с множеством гипоэхогенных областей, что указывает на некроз (рис. А). КТ-сканирование брюшной полости выявило множество маточных фибром, опухоль в левом подреберье и ретроперитонеальные лимфаденопатии в левой наружной подвздошной и боковой аортальной цепях (рис. Ba и Bb). КТ грудной клетки показала многочисленные легочные узелки в обоих легких (фиг. Вс). МРТ показала увеличенную асимметричную миоматозную матку. МРТ-изображения с высоким значением Т2 показали нормальную эндометриальную полоску и зону соединения с многочисленными хорошо очерченными интрамуральными и субсерозными лейомиомами, что соответствует поражениям типа 5 и 6 согласно системе подклассификации лейомиом Международной федерации гинекологии и акушерства (фиг. а). Лейомиомы показали умеренную интенсивность сигнала по сравнению с стенкой матки без некроза или кровотечения. МРТ также выявила опухоль 10 см неопределенного происхождения в левом подреберье (фиг. б) с ретроперитонеальными лимфаденопатиями левой наружной подвздошной и боковой аортальной цепей (фиг. с, d). Сигнал мостовых сосудов указывал на матовое происхождение масс (фиг. с). Поскольку эти результаты визуализации были неубедительными и вызывали тревогу в отношении метастатической саркомы матки или злокачественного заболевания пищеварительной системы, мы провели диагностическую и интервенционную лапаротомию в сотрудничестве с командой хирургов-гастроэнтерологов. Во время операции были обнаружены следующие находки: 1) подкожные и внутримышечные массы с макроскопическими фибромами матки; 2) нормальные яичники и трубы; 3) многолопастная твердая масса, в некоторых областях рыхлая и прилегающая только к висцеральному перитонеуму в левом подреберье; и 4) лимфаденопатия в левой наружной подвздошной и боковой аортальной цепи, указывающая на метастазы. В результате мы провели гистерэктомию с удалением левой массы в подреберье и диссекцию лимфатических узлов. Анатомо-патологическое исследование масс матки выявило доброкачественное разрастание клеток гладкой мускулатуры, что наводит на мысль о лейомиоме (фиг. А). Ядра клеток были гиперхроматичными и удлиненными, и отсутствовали признаки атипии или аномальных митотических процессов. Клетки гладкой мускулатуры имели фасцикулярную организацию, разделенную хорошо сосудистым фибро-гиалиновым стромом без каких-либо некротических зон (фиг. А). Клеточность левой массы подвздошной железы напоминала лейомиомы матки (фиг. В). Не было некроза или кровоизлияния, и она состояла из фасцикулярных клеток гладкой мускулатуры (фиг. В). Лимфатические узлы, удаленные из левой наружной подвздошной и боковой аортальной цепи, выявили массивные метастазы гладкой мышечной ткани, которые почти полностью заменили обычную лимфатическую ткань, и только несколько лимфатических узлов сохранили обычную структуру. Эта лимфатическая ткань напоминала лейомиомы матки и левой подвздошной железы. Лимфатические узлы, левый гипохондрический опухоль и маточные лейомиомы были проанализированы иммуногистохимически. Все исследуемые ткани были положительными для h-кальдесмона, гладкой мышечной актина (SMA), рецепторов эстрогена (ER) и прогестерона (PR) (фиг. C и D). Важно отметить, что во время иммуногистохимического исследования перитонеальной массы (фиг. B) и одного из удаленных лимфатических узлов (фиг. A) был сделан важный вывод, который выявил целомическую ткань, прилегающую к мышечному разрастанию в этих метастатических участках. Эта ткань состоит из колончатого целомического эпителия, опирающегося на умеренно клеточную мезенхимальную ткань (фиг. B, A и B). Окружающее мышечное разрастание было очень положительным для гладкой мышечной актина и h-кальдесмона, в то время как целомическая ткань была отрицательной (фиг. A и B). Как целомическая ткань, так и мышечные очаги подвздошного лимфатического узла продемонстрировали диффузную, прочную и однородную положительную реакцию рецепторов эстрогена и прогестерона (фиг. A и B). На основании клинической картины, результатов визуализации, гистологии, иммуногистохимических положительных окрасок и индекса Ki-67 менее 1% мы сохранили диагноз БЛМ, затрагивающий легкие, брюшную полость и ретроперитонеальные лимфатические узлы, и решили наблюдать пациентку без гормональной терапии.