В наш отдел неотложной помощи поступила 12-летняя девочка с абдоминальными болями и непрекращающейся рвотой. Ее физический осмотр и результаты анализа крови были нормальными. Результаты трансректального ультразвука также были нормальными, и команда отделения неотложной помощи решила выписать пациентку из отделения неотложной помощи с предварительным диагнозом острого гастроэнтерита и направила ее в отделение педиатрии для дальнейшего лечения. Однако на следующий день пациентка снова была госпитализирована в отделение неотложной помощи с новыми жалобами на абдоминальные боли, головную боль и боли в грудной клетке. Все вышеупомянутые жалобы пациентки также усилились. Второй физический осмотр в отделении неотложной помощи выявил низкое артериальное давление, а результаты ЭКГ показали признаки аритмии. Пациентка обратилась в отделение детской кардиологии для определения основной причины обнаружения аритмии. Состояние пациентки было вялым, а ее артериальное давление составляло 80/37 мм рт.ст. Результаты ЭКГ указывали на фибрилляцию предсердий (). Наша многопрофильная команда, включая специалистов по интенсивной терапии, кардиологии и неотложной медицине, приняла решение перевести пациентку в отделение интенсивной терапии для детей (ОИТД) для получения более высокого уровня ухода. Первоначальные результаты анализа крови при поступлении в ОИТД показали гемоглобин (HGB) в размере 10 г/дл, лейкоциты (WBCs) в размере 11 × 103/μmm3, тромбоцитопению (139 × 103/μmm3), высокий уровень С-реактивного белка (CRP) в размере 45 мг/л и высокий уровень эритроцитарной седиментации (ESR) в размере 35 мм/ч. Первые анализы сердечных ферментов выявили тропонин-I 1100 IU/mL (нормальный диапазон 0–40), креатин киназу 450 IU/mL (нормальный диапазон 22- 198), изофермент креатин киназы (CK-MB) 150 IU/L (нормальный диапазон 5-10), амилазу 185 гр/дл (нормальный диапазон 30-110) и альбумин 2.8 гр/дл (нормальный диапазон 3.4–5.4). Электролиты в сыворотке крови были без отклонений. Пациента поместили под строгий мониторинг. Устройство для визуализации у постели пациента показало полиморфное артериальное прослеживание, вызванное фибрилляцией предсердий. Изменения в пульсовой оксиметрии соответствовали полиморфному артериальному прослеживанию (). Эхокардиографическое обследование выявило сильное расширение левой стороны сердца, и была обнаружена сильная митральная недостаточность с существенной систолической дисфункцией (измерение фракции выброса (EF) 40% и фракции сокращения (SF) 20%). Кроме того, пациенту была назначена адреналин, милринон, фуросемид и карнитин для ее тяжелой сердечной недостаточности. Хотя левое предсердие было увеличено, тромбоз внутри левого предсердия не был обнаружен. На тот момент прошло более 72 часов с момента первого поступления пациентки в отделение неотложной помощи с ее первоначальными жалобами на боли в животе и непрекращающееся рвоту. Таким образом, кардиоверсия не была выполнена из-за вероятности образования микротромба. Быстро был начат прием варфарина. Профиль тиреоидных гормонов был без отклонений. Кардиомагнильная визуализация (МРТ) была проведена для объяснения этиологии, которая напоминала острый миокардит из-за наличия Т2-взвешенных изображений отека. Пациенту была назначена внутривенная инфузия иммуноглобулина в размере 1 гр/кг в течение двух дней подряд. Состояние пациентки обсуждалось на совете, состоявшем из двух педиатрических специалистов по интенсивной терапии и двух педиатрических кардиологов. Совет постановил, что следует подготовить аппарат экстракорпорального мембранного оксигенации (ЭКМО) на случай, если у пациентки произойдет внезапная остановка сердца или резко упадет артериальное давление. После введения второй дозы внутривенного иммуноглобулина в отделении интенсивной терапии новорожденных артериальное давление пациентки было слегка повышено (90/60/70 мм рт.ст.), а на эхокардиографии отмечалось небольшое улучшение фракции выброса до 44% и сокращение фракции до 22%. На третий день пребывания в отделении интенсивной терапии новорожденных у пациентки не было никаких признаков улучшения фибрилляции предсердий, однако были обнаружены многоочаговые экстрасистолы, обусловленные аритмией, вызванной фибрилляцией предсердий (). В течение всего периода пребывания пациентки в отделении интенсивной терапии новорожденных с третьего по пятнадцатый день не было отмечено никакого улучшения клинического состояния пациентки. На пятнадцатый день в отделении интенсивной терапии новорожденных было проведено трансезофагеальное эхокардиографическое обследование, и не было обнаружено никаких признаков тромбоза в левом предсердии. Пациентке было назначено 200 мг/сутки амиодарона. На третий день лечения амиодароном была проведена кардиоверсия в дозе 0,5 Дж/кг в общей сложности 30 Дж. Ритмы стали синусовыми (). Многодисциплинарная команда продолжила лечение пациентки как амиодароном, так и варфарином в течение двух недель, и общее состояние пациентки значительно улучшилось за это время. На тридцатый день пребывания в отделении интенсивной терапии новорожденных артериальное давление пациентки находилось в пределах нормы, а эхокардиографическое обследование выявило значительное улучшение EF до 50% и SF до 26% по сравнению с первым днем пребывания в отделении интенсивной терапии новорожденных (). Пациентку выписали из больницы на тридцать пятый день после ее первого поступления в отделение неотложной помощи. Пациент продолжает наблюдаться в нашей детской кардиологической клинике ежемесячно и до сих пор находится на лечении амиодароном.